контактный email:
2004tatianabaeva@earthlink.net
Введение

Глава первая. История метафизики

Глава вторая. Гносеология

Глава третья. Трансцендентальное воображение

Глава четвертая.

Глава пятая. Сотворение мира

Глава шестая. Адам и жена его

Глава седьмая. Три сына Евы

Глава восьмая. Боги древней Греции

Глава девятая. Потоп

Глава десятая. Космос

Глава одиннадцатая

English version




Содержание главы
1.2.1. Мышление
1.2.2. Сознание античного мудреца
1.2.3. Сокровенный человек
1.2.4. Пути восхождения человеческого духа
1.2.5. Созерцание
1.2.6. Гении
1.2.7. Аутизм
1.2.8. Теория
1.2.9. Призвание
1.2.10. Немудрое Божие
1.2.11. Иван-дурак
1.2.12. Пасьянс
1.2.13. Вопрошание
1.2.14. Становление
1.2.15. Медитация над трансценденциями
1.2.16. Дано мне жало в плоть
1.2.17. Воплощение
->1.2.18. Возвращение
1.2.19. Исихазм
1.2.20. Люминофания
1.2.21. Синдром Аспергера


1.2.18. Возвращение

Метафизическое мышление несет в себе ощущение глубокого удовлетворения, счастья, несравнимого с тем, которое могут дать нам иные чувства. Испытав это ощущение, адепт возвращается к нему вновь и вновь.

Пришедшая легкость глубокого погружения в метафизическое пространство, когда созерцание и медитация сливаются в единый процесс, наиболее опасен для адепта. Он теряет чувство осторожности. В это время процесс его мышления разительно отличается от обычного режима. И это создает реальную угрозу исчезнуть в глубинах сверхсознания, соскользнуть в бесконечную бездну Мирового Разума, не возвратиться, «сойти» с ума.

Поэтому самый активный период мышления не может без ущерба для здоровья продолжаться более двух-трех лет. За этот срок аллософ успевает сформулировать парадигму, над которой работает на протяжении оставшейся жизни.

После этого, аллософ обязан вернуться.

Процесс возвращения занимает около года. Поясняю, возвратиться надо не вообще из мира метафизики, он навсегда останется с вами. Возвратиться надо из бездны. К этому времени ваш аутизм достигает предела. Глубокое погружение в трансценденции, отречение от мира, делает ваш взгляд смотрящим «за горизонт».

Реальная жизнь чужда вам, поскольку долгое время все ваши обыденные мысли и действия были максимально приближены к единице. Из вашей жизни ушло все многообразие вещей, остались только символы их. Нечто вроде детских рисунков. Вас окружает ирреальный мир. Вы не понимаете и не разделяете интересов окружающих вас людей. Вы не можете пользоваться простейшими приборами, выполнять простейшие бытовые операции. Пользоваться общественным транспортом. Ориентироваться в пространстве. У вас стерлась вся информация, относящаяся к внешнему миру. И вы не можете существовать самостоятельно.

В свое время Господь повелел Сергию Радонежскому и Серафиму Саровскому оставить духовные подвиги и вернуться в мир. Если бы это не произошло, их постигла бы участь юродивых.

Автор также был «отлучен» от работы на год, ухаживая за больной матерью.

Когда адепт возвращается в мир вещей, он переживает период недоумения. Он прислушивается, присматривается к миру. Аллософ, наконец, замечает свою «инаковость». В это время он заново учится жить в миру. Немного адаптируется как к внешнему миру, так и к внутреннему.

После недолгого вынужденного перерыва, адепт снова возвращается к работе. Теперь аллософ свободно посещает метафизическое пространство, когда ему вздумается. Дверь между сознанием и подсознанием для него всегда открыта. Но он в полной мере сознает опасность этой коммуникации. Рассудок контролирует его. Медитация протекает уже не так болезненно, так как адепт адаптирован к идее. Ему не надо постигать неведомое. Он мгновенно выстраивает коммуникационный канал и нужная информация всплывает из глубин подсознания.

Но сознание аллософа не может быть «перезагружено» для подобного прорыва в других областях знаний.

Библия предупреждает:

«Чрез меру трудного для себя не ищи, и что свыше сил твоих, не испытывай. Что заповедано тебе, о том размышляй; ибо не нужно тебе то, что сокрыто. При многих занятиях твоих, о лишнем не заботься: тебе открыто очень много из человеческого знания; ибо многих ввели в заблуждение их предположения, и лукавые мечты поколебали ум их» (Сир. 3: 21-24).

Слова «чрез меру трудного» предупреждают нас об опасности, «что заповедано тебе» говорят о том, что именно Абсолют ставит перед нами определенную задачу. А слова «человеческое знание» о том, что возможности нашего сознания все же ограничены.

До конца жизни мышление аллософа, если так можно выразиться, «ритуализировано». Он отчетливо отделяет трансценденции от своих предположений. Новая философия делает его жизнь чрезвычайно насыщенной, новый ракурс видения мира корректирует другие области знаний.

Когда адепт выполнил свою задачу, он не меняет образа жизни своего сознания. Лучшим собеседником для него остается подсознание. Там он черпает вдохновение, из его глубин «всплывают» удивительные идеи. Не случайно гении не способны «отдыхать». Бог устроил нас так, что восходя по лестнице духа, мы не можем повернуть назад. Даже если захотим...

Аллософу не свойственно чувство тщеславия. Он считает «нормой» особенности своего сознания, и не осознает своей гениальности. Наоборот, его самооценка занижена, так как он беспомощен в быту. Несмотря на то, что на протяжении своей жизни аллософ продолжает быть одиноким и «непонимаемым», его окружает безмолвный круг избранных. Эта молчаливая, генетическая, близость облегчает его судьбу.





разработка: www.m-web.ru